Журавель о конфликте со Слуцким: «Обиделся на меня за пост в телеге. Претензия звучит так: он со мной дружил, а я его предал. Наверное, это обоснованно. Я проявил журналистский цинизм» — Комментатор Тимур Журавель рассказал о причинах конфликта с тренером « Шанхай Шэньхуа » Леонидом Слуцким. – Какие у вас сейчас отношения со Слуцким?  – А я рассказывал, что он на меня обиделся за пост в телеге.  – Да, ты написал, что ему мешает тренировать фокус на судьях – но это же давно было (в 2022-м, когда Слуцкий работал в « Рубине » – Спортс’’). Так и не простил?  – Нет. Уже были попытки нас помирить, но пока они ничем не увенчались. Слуцкий через кого-то мне передавал: когда вычеркиваешь человека и привыкаешь жить без него, и возвращаться неохота. И я его понимаю. В 2017-м, когда Слуцкий жил в Англии в ожидании «Халл Сити», мы с ним очень много общались. Он показывал мне свой Лондон, а я ему – свой. Было прямо круто. Мы дружили. И потом в Голландии ходили к нему в гости с комментаторами.  Ну… Вот так он считал тот мой пост про себя и судейство. Пару лет назад я подошел к нему на Премии РПЛ: «Давайте, может, забудем?» – «Нет, не могу забыть». – Сразу вспоминаю, как Слуцкий выгнал Сашу Головина во время интервью в « Витессе » (история подробно звучала в подкасте Глеба Чернявского – Спортс’’).  – Когда мы были на матче «Витесса», там случился судейский скандал. Слуцкий пришел на прессуху и выдал нереальный спич: «Уберите от нас этого арбитра. Он просто ненавидит лысых и толстых». Лига должна была его наказать, а мы оставались после матча снимать спецреп. И прямо при нас пришло решение о дисквалификации. Сидели в ресторане, и Слуцкий говорит: «Меня забанили на два матча». Миша Моссаковский выбежал на улицу и скинул это в твиттер – разлетелось по всем лентам новостей.  Когда Миша вернулся за стол, Слуцкий сказал: «Только не постите нигде, это пока закрытая информация. Внутри клуба». Миша такой сидит… Обед закончился, Слуцкий пока ничего не подозревал.  Вечером «Тоттенхэм» и «Ман Сити» играли в четвертьфинале Лиги чемпионов, и Слуцкий позвал нас к себе. Едем в гости, и вдруг мне набирает пресс-атташе «Витесса»: «Ваш коллега сделал очень плохую вещь. Теперь у клуба и Слуцкого проблемы. Пожалуйста, скажи, чтобы он все удалил». А уже несколько часов все обсуждают.  Поднимаемся на лифте к Слуцкому, он открывает дверь и трехэтажным матом поливает Мосса. Закончил так: «Вы, журналисты, хотите от нас только информацию. Вам человеческие отношения вообще не нужны».  Конечно, такой вывод звучал обидно. В тот вечер Слуцкий назаказывал еды, приготовился, реально нас ждал. А тут такой удар. Первые полчаса мы смотрели матч под комментарий Слуцкого: он все не успокаивался и разносил нас.  По делу, конечно. Только на Мишу, ха-ха, Слуцкий в итоге обиду не затаил.  – А есть правда в словах Слуцкого? Что журналисты дружат с игроками и тренерами ради информации. – Частично. Я с этим пытаюсь бороться. Когда вижу доверие… Вот Аршавин может рассказать то, что я не использую как журналист. Я понимаю, что он доверяет, так как уверен, что инфа никуда не утечет. И Слуцкий многое рассказывал из того, что я не стану публиковать.  Конечно, нам интересно общаться с людьми, дружить с крутыми персонажами футбола. Любой журналист понимает: если ты начал общаться только ради информации, дружба сразу закончится.  – Тебе сложно критиковать человека из футбола, потому что вы с ним в близких отношениях?  – Кстати, претензия Слуцкого звучит так: он со мной дружил, а я его предал. Он видел так: у меня тяжелый период, а Журавель вместо того, чтобы поддержать по-приятельски, воткнул нож в спину.  Наверное, это обоснованно. Просто тогда мне показалось, что череда претензий Слуцкого к судьям – реально перебор. Я проявил журналистский цинизм, отодвинув приятельские отношения.  Вот тебе и пример: близкие отношения мне не помешали. Но ответной реакцией стал такой разрыв, – рассказал Журавель в интервью Спортсу’‘ . Журавель – как понять Англию. Большое интервью Кораблеву Слуцкий о журналистах: «Они меня ненавидят, и я их не очень люблю. Не вижу смысла с ними говорить, а им надо про что-то писать, задать вопрос, который поставит меня в тупик, а такого нет»